Рок-музыка постепенно уходит из России туда, откуда она и пришла – в Англию. Интервью с группой Ундервуд | Статьи | British Wave

Ундервуд

Дискография

  • 2002 - Всё пройдет, милая
  • 2003 - Красная кнопка
  • 2005 - Бабло побеждает зло
  • 2007 - Опиум для народа
  • 2008 - Все, кого ты так сильно любил
  • 2011 - Бабл Гам
  • 2013 - Женщины и дети

Ссылки

Рок-музыка постепенно уходит из России туда, откуда она и пришла – в Англию. Интервью с группой Ундервуд
19-03-2011

"Время звучания этого альбома соответствует времени жевания бабл-гама, пока резинка ещё сладкая", – заявляют музыканты группы Ундервуд.

Проверить сей факт поклонники дуэта крымских врачей смогут 1 апреля 2011 в петербургском клубе Зал Ожидания на презентации долгожданного, шестого по счету  альбома под названием "Бабл Гам". В День смеха группа порадует и своими народно-любимыми хитами, и это истинная правда.

Перед концертом с музыкантами пообщалась Ирина Захарова.

 

Философия сладких пузырей.

Максим Кучеренко: В новом альбоме мы пытаемся лирически осмыслить своё поколение: всех героев объединяет одно – такое впечатление, что они никогда не занимались сексом, ими движет платоническая реактивная сила, отчего они взлетают.

Владимир Ткаченко: Это пузырь, который можно надуть до размеров воздушного шара и улететь в наивный мир лёгких отношений и безопасного секса, в мир бабл гама. С другой стороны, это символ бездумного животного потребления, образ душевной попсы, когда сила есть, воля есть, а силы воли нет!.

 

Некоторые композиции новой пластинки уже давно взывают к нашему сознанию по радио: например, эта: "В бой идут молодые львы! Им плевать, что у богини победы нет головы!". Кстати, именно эта озорная песня в рекламном ролике будет иллюстрировать Россию как претендента на проведение Чемпионата мира по футболу 2018 года.

А известная композиция "Йога и алкоголь" недавно всколыхнула побережье Индийского океана: на съемках клипа к здоровому образу жизни приобщались обитатели Гоа и вездесущие российские хипстеры.

Изящество языковой игры, социальная сатира, ловко расставленные в текстах сети эротизма, заводная музыка и любопытные истории, стоящие за созданием каждой песни – что ни говори, а альбом "Бабл Гам" никак не связан с фразой "тянуть резину"!

 

Какие вопросы Вам лучше не задавать?

Владимир Ткаченко: Те, которые отдают интимностью. Интервьюер считает, что если он задаст их в лоб, то тем самым огорошит интервьюируемого – тот сложит лапки, опустит хвостик и начнёт лепетать про количество волосков на своей зубной щётке и любимые марки трусов. Поэтому вопрос "Почему ваша группа называется "Ундервуд"?" прошу считать глубоко интимным.

 

Договорились!

Максим Кучеренко: Кстати, у нас нет песен, посвященных той самой машинке. Хватит с нее и 15-летнего брендирования нашей пламенной деятельности!.

 

Мед Муза "Ундервуда": Если открыть творческую страничку группы под названием "Начало", выясняется, что мы имеем дело с профессиональными врачами! Владимир Ткаченко занимался анестезиологией и реанимацией, а Максим Кучеренко – психиатрией.

Продолжаете в душе считать себя врачами?

Владимир Ткаченко: Лично я уже давно не доктор, медицинские знания и навыки покидают мою бедную голову – осталась одна латынь! Но тот период был довольно веселым. Расскажу один анекдот: на Пасху мы работали в реанимации, и наш заведующий захотел по важным делам одного больного позвонить заведующей отделением неврологии. Звонок был такой: "Алло, Анна Павловна, здравствуйте, это Полинчук, реанимация. Христос воскрес, Анна Павловна!.

 

Однажды Вы устроили "несанкционированный концерт на крыше поликлиники мединститута"…

Максим Кучеренко: Всё общежитие поддержало эту идею: кто силовой шнур вывел на крышу, кто осушил дождевую лужу шлангом, кто денег с кого-то пытался сшибить, кто алкоголь принёс, а кто ментов привёл...  Целая жизнь!

 

Да, Ундервуд тогда тяготел к эффектам!

Владимир Ткаченко: Это было не из протеста (против медицины протестовать – грех, против власти – не было никакой власти: бандиты одни, против себя – хорошо, но рано), а по причине весёлости наших натур и бесконечного драйва в крови. Мы словно заявляли: "Смотрите: мы не такие, как вы!". А нам говорили: "Чуваки, да это и так понятно, что вы не такие, угомонитесь уже". Судьбоносных эпизодов тогда практически не было, разве что кто-то выбросил из окна нам к ногам пластинку "Роллинг Стоунз", когда мы шли играть на фестиваль "Червона Рута": это так умилило!.

 

За медиками давно замечена тяга в открытую, не стесняясь, и с особенным задором говорить о сексе. Множество Ваших песен – с эротическим подтекстом, одна даже посвящена сексу. В чем прелесть песен об этом "грязном деле"?

Максим Кучеренко: Секс – одна из самых важных идентичностей человеческой культуры. Конечно, всех интересует его ритуальная, магическая часть: всё то, что предвосхищает. Это единственное место пересечения мужской и женской чувственности. Когда секс уже начался, тайна превращается в биологию… А биология – это уже не сказка, а техника удовольствий. Дети  – конечные адресаты любви. Самые заслуженные.

 

Однажды Вы сказали, что можете сравнить себя с дымом кораблей, которые начала жечь еще группа ДДТ по осени… Вы близки к року или уже изобрели новые корабли с новым названием?

Максим Кучеренко: В нашем новом альбоме рок-музыка и поп-музыка устроили отчаянное побоище. Роль рефери в нём исполнял саундпродюсер Ступка Евген, известный по работе с Океаном Эльзы, Земфирой, Ночными Снайперами. Он стал не просто генератором творческих идей, но ещё и "вкусным глотком гипноза", умело сглаживая острые углы. Рок-музыка постепенно уходит из России туда, откуда она и пришла – в Англию… Так что, "роза белая с чёрною жабой" венчаются у нас по-Есенински, весьма экзотично. Кстати, о кораблях: хорошо бы назвать два корабля (а лучше – яхты) "Белая Роза" и "Чёрная жаба".

 

Вы приняли участие в трибьютах Аллы Пугачёвой ("Песни для Аллы"), Машины Времени, Наутилуса Помпилиуса. В чем их основная "фишка"?

Владимир Ткаченко: "Наутилус" любим, Вячеслав Бутусов для нас – король-королевич, а музыканты из Машины Времени – вообще друзья, как не спеть. Алла Борисовна Пугачёва (дай ей Бог крепкого здоровьичка и поменьше морщин) – в звонкие 70-е была просто недосягаемой вершиной. А фишки в трибьютах нет никакой. Встретились, попели, разбежались. Инфоповод.

 

Максим, Вы озвучили аудиокнигу и провели небольшой тренинг для нефтяной компании по энергетике голоса и речи. Как можно научить энергетике?! Получилось?

Максим Кучеренко: Речь – уникальное событие природы. Теоретически её может и не быть. Животным речь не нужна. Но вот мы произносим эти слова: "Достоевский" или "Кровь", или "Нефть", – и жизнь меняется! Мы понимаем, что мы не животные. Мы люди. У нас есть деньги. На них мы можем купить себе даже животных. И даже друг друга.

 

Да, кстати, о песне "Бабло побеждает зло". А что властно над баблом?

Владимир Ткаченко: Зачем с ним бороться? Его надо зарабатывать и желательно более-менее честным трудом, как говорила, кисло улыбаясь, Сонька Золотая Ручка писателю Антону Чехову на острове Сахалин.

 

Любопытно, какая реакция была у космонавтов на песню о Гагарине – ведь этот хит не раз исполнялся перед ними?

Максим Кучеренко: Ровная, спокойная реакция. Это люди, которые сидели сутками в этих цилиндрах с перегрузками и риском взрыва, – думаете их можно чем-то вывести из себя?.

 

После некоторых песен происходит перерождение человека, когда вернуться к себе прежнему невозможно. Каких превращений для Ваших слушателей Вы бы пожелали?

Владимир Ткаченко: Мы так давно пишем песни, что лично мне неловко об этом говорить. Объективности нет никакой, а эгоизма навалом. Пусть наши слушатели сами скажут о своих превращениях – это жутко интересно. Мне кажется, что в песнях мы только и делаем, что задаём вопросы.

 

Вы говорили, что Крым – это точка сращивания двух сиамских близнецов – России и Украины. К какому из близнецов больше приросло Ваше сердце? И где эта точка?
Владимир Ткаченко: Моё сердце в Крыму плавает по волнам памяти. Здесь я когда-то жил и был счастлив. Мы - украинцы, пишущие и думающие по-русски – вот мы кто. Чувствуешь, что Симферополь давно забыл о тебе: слишком много воспоминаний, а город уже чужой. Гораздо легче в Ялте: ты там всегда приезжий, всегда турист, измученный хересом и шумом прибоя. В Ялте нет тоски (она свойственна континентальным городам) а здесь тоска вымывается морем и выдувается ветром.

 

О политической активности. Какое событие может вызвать искреннюю таковую – у группы Ундервуд?

Владимир Ткаченко: Политика – это наука о цинизме. Мы всегда подчёркивали свою аполитичность и даже гордились этим. То, что происходит сейчас в обществе, носит глобально-мерзопакостный характер, хотя, когда оно было по-другому? Мы можем высказать своё мнение по тому или иному поводу, но политической активностью это не назовёшь.

 

Вы как-то пошутили, что можете написать пособие: "Шоу-бизнес для чайников. 7 успешных шагов ту хелл"

Владимир Ткаченко: Понимаете: в шоу-бизнесе есть три графика. График первый – быстрый взлёт и быстрое падение. Это скорбный график. Второй – медленный взлёт без особенных падений с такой же медленной арифметической прогрессией. У кого хватит сил, тот его выдержит. Третий график – быстрый взлёт и очень-очень долгое высокое плато. Это свойственно только великим артистам, их очень мало.

 

Из каких кирпичиков можно построить крепкое семейное счастье?

Владимир Ткаченко: Там всего один кирпичик – доверие. Но этот кирпичик огнеупорный и краеугольный.

 

"Хипстеры" – ультрамодное молодежное течение. Вот атрибуты обычного хипстера: очки с черной оправой, майка с принтом, кеды, зеркальный фотоаппарат, блокнот "Молескин", iPhone, инди-рок в плеере. Как Вы оцениваете этот стиль жизни?

Владимир Ткаченко: Они такие немного беспозвоночные, мягкие на ощупь – эти хипстеры. Лично я ничего против них не имею: это милые ребята. Как и геи. Немножко красивые, немножко несчастные и безумно утончённые. Вреда от них никакого, и это прекрасно. Есть в современной России молодёжные образования с гораздо более грубой символикой, что доказывают криминальные сводки.

 

Расскажите о Ваших проделках на 1 апреля.

Владимир Ткаченко: Я никого никогда не разыгрывал. Это не мой конёк. С первым апреля у меня две ассоциации – день рождения Н. В. Гоголя и День смеха в Одессе в 1992 году, когда я был студентом 1-го курса мединститута. Мы с приятелями нарядились в классические костюмы сладко-синего цвета в ядовито-тонкую белую полоску и пели песни The Beatles на Дерибасовской.

 

Представьте, что завтра… конец света! Что станете делать сегодня?

Владимир Ткаченко: Я бы, наверное, в цирк пошёл. Там клоуны и недорогой буфет. Это меня обычно успокаивает перед каждым концом света.

 

Ваш рецепт борьбы с питерской депрессией?

Максим Кучеренко: Пойти в Пушкарские Бани рано утречком, попариться с питерскими мужиками. Потом в музей Анны Ахматовой – померить шляпу Иосифа Бродского. Потом в китайский ресторан на Пяти углах. После - в гости куда-нибудь в район новостроек на Приморской… Или на дачу в Лосево – поближе к Ладоге, грибочкам и рыбке. Можно сходить, кстати, на концерт группы Ундервуд 1 апреля в клуб Зал ожидания.

Ирина Захарова
BRIT-POP.spb.ru
Нашли ошибку? Сообщите нам об этом - выделите ошибочный, по Вашему мнению, фрагмент текста, нажмите Ctrl+Enter, в появившееся окно впишите комментарий и нажмите “Отправить”.
Просмотров: 3245