Hack In USSR, или как британский журналист Марк Бомон побывал в России | British Wave

Новое на сайте

    Популярное

    Hack In USSR, или как британский журналист Марк Бомон побывал в России
    05-11-2001

    Вслед за журналом NME в Москву прилетели двое англичан: журналист британского издания "New Musical Express" Марк Бомон и фотограф Том Шиан, работающий там же. Они посетили наш концерт-презентацию и провели два дня в Москве.

    Свои впечатления Марк описал в последнем номере британского NME, а мы их решили перевести.

    Унылый Дворец спорта "Лужники" построен в сталинской стилистике и навевает мрачные мысли. Сегодня в нём - крестьянский бунт. Вооруженная охрана у ворот дворца то и дело хватается за оружие: четырехтысячная ревущая толпа тинэйджеров взмокла от пота и прет на охрану - это «мятеж, восстание, сейчас здесь определённо прольется кровь. Раздается суровый приказ "Молчать!" и требование выстроиться в очередь: ворота откроются всего через несколько минут. Но кровь мятежников бурлит, они напирают на ворота, протягивают через головы билеты и прогибают кованный забор. Когда начальник охраны наконец кивает головой и плотина открывается, NME едва не лишается плеча: толпа бунтующих врывается в ворота и с криками бежит брать дворец.

    В России рок-музыка совсем не такая как в Британии. Самые известные группы у них играют в маленьких клубах, чтобы как можно большее количество людей смогло позволить себе сходить на концерт. Наиболее яркое явление на музыкальной сцене - это революционно-новый жанр, который они "называют брит-поп". А на концертах, происходящих на больших стадионах, нужно стоять в очереди, чтобы выйти на улицу. Но, несмотря на все эти местные особенности, в сентябре 2001 года у российских любителей рок-музыки появилось нечто общее с западными поклонниками рока.

    Это нечто явилось окутанное тайной, как музыкальный журнал из какого-то странного параллельного мира. Логотип у него все тот же - буквы "NME" в сексуальном сочетании красного и белого, но вот текст - странный, экзотический, незнакомый. На обложке - человек, похожий на парня из шотландской фолк-группы Del Amitri, которому сделали неудачную имплантацию волос на голову и на грудь. Внутри - среди материалов о Placebo и Depeche Mode - анкета с мужчиной, похожим на моего дядю (это лже-Лазовский - русский NME), и статья о женщине, одетой викингом (Чичерина - русский NME).

    Русское издание NME - первое заграничное издание вашего любимого журнала, и на его открытие в Москву прилетела группа Muse - команда, которая лучше всех в Британии умеет играть казачий рок.
    А надо признаться, ваш покорный слуга уже много лет гордится тем, что знает три предложения на русском языке: "Я очен лублю те кошка" (видимо, "Я очень люблю твою кошку" - русский NME), "Я работац в бассейн" и "Я покупац адин шапка пожалста". И поэтому, когда NME решил выбрать среди своих авторов посланца в Россию, преданный вам корреспондент полетел на самолете (который, кстати, доказал, что они вовсе не отменили сталинские сибирские тюрьмы, они просто приделали им крылья) в Москву, чтобы встретиться с нашими союзниками из восточного блока, прикоснуться к пульсирующему сердцу советского рока и выяснить, действительно ли самый распространенный ответ в русских музыкальных интервью звучит так: "Мы делаем все, что хотим, и если КГБ нас за это никуда не сошлет, то нам,  считай, повезло".

    Военный, охраняющий мавзолей Ленина косится на толпу визжащих девок, прыгающих посреди Красной площади и клянет судьбу. А группа Muse тем временем обнаруживает, что Москва - это новая Япония. Когда накануне музыканты возвращались с концерта в "Лужниках", их автобус облепили стонущие фанатки, протягивающие в окна подарки и назойливо требующие секса. Сегодня Muse приехали на Красную площадь и вознамерились тихо и мирно осмотреть достопримечательности, но и тут их встретили штук тридцать изголодавшихся русских волчиц.

    "Что мы думаем о России?" - едва дыша выкрикивает Мэтт Беллами в ответ на вопрос NME, вместе с которым они скрываются в спасительном микроавтобусе "Ну, а как вы думаете, что мы о ней думаем? Мы не знали, как тут продаются наши альбомы, и совсем не ожидали, что в России нас так хорошо знают. Я просто думал: ну, сыграем для парочки сотен человек. Мы ведь выступали после всех этих местных групп и думали, что, когда выйдем на сцену, все будут говорить: "Не, ну че эти заграничные звезды сюда приперлись? Кем они себя считают?". Думали, нас бутылками пустыми закидают".

    В автобус вламывается какая-то девушка, которая клянется в вечной и сугубо физической любви к группе, но тут же в ужасе отбегает, когда NME говорит ей, что очень любит ее кошку.

    Да, о таком фанатстве в России невозможно было и подумать десять лет назад, когда большинство людей были слишком бедны, чтобы покупать фирменные диски, и вместо этого довольствовались дешевыми подделками, да и подделывались тогда альбомы только самых известных групп. Однако теперь импортные CD стали доступнее, и, вдохновленные американской и британской музыкой, в России стали одна за другой появляться новые модные группы.

    "Брит-поп чрезвычайно популярен в нашей стране, - говорит Руслан Шебуков, главный редактор русского NME. - Русские группы стремятся звучать так, как звучат брит-попперы, но очень обижаются, когда журналисты сравнивают их с этим стилем. "Мы не брит-поп!" - говорят они".

    Где-то мы это уже слышали... Но только, в отличие от западных групп, русские музыканты говорят правду. Две группы, выступающие перед Muse, стали для нас настоящим откровением. Night Snipers ("Ночные снайперы" - русский NME) устроили на сцене такое веселье, какого мы не видели со времен Madness, а в группе Total поет высоко задирающая ногу и плюющаяся водкой, бритая наголо Гвен Стефани. Остальные музыканты Total одеты так, будто только что вернулись после тяжелого дня на военной фабрике, и звучат они, как Linkin Park, но только значительно круче.

    Что до смыслового содержания русских песен, то тут NME совершенно не в курсе дела. С твердостью можно сказать только одно: тут не слишком популярны песни о работниках бассейнов, тут никому не интересно петь о покупке головных уборов, и тема любви к домашним животных в русском роке тоже совершенно не приветствуется.

    Еще в Москве есть свой Курт Кобейн - некто Виктор Цой из группы "Кино", который погиб в автомобильной катастрофе и которому теперь посвящена исписанная граффити стена на центральной московской улице под названием Арбат, где почти круглые сутки можно встретить фанатов Цоя, которые играют его песни под фотографией этого (возможно) великого музыканта.
    А раз в России есть такая альтернативная культура, NME необходим ей как Гордой Мэри - дырка в голове, то есть очень сильно. Русская версия журнала состоит частично из переводных материалов британского издания и частично - из информации о русских группах, и это - воплощение давней мечты Руслана и его помощников. Они уже много лет хотели украсть у нас все наши идеи, но только недавно экономическая ситуация в России позволила им провернуть это грандиозное дело.

    "Журналу, у которого уже есть имя, куда проще прославиться в России, - говорит Руслан. - А людям, читающим о музыке, NME всегда был интересен, хотя найти его у нас было не так-то просто. Концепция русского NME мало чем будет отличаться от оригинальной. Возможно, наш журнал будет немного мягче. Не такой циничный".

    Ага, не такой циничный? Значит, будете добренькими с теми группами, о которых будете писать?

    "Мы постараемся поддерживать хорошие отношения со всеми известными группами, - говорит Ира Филиппова, исполнительный редактор русского NME. - Потому что, если издание на хорошем счету у музыкантов, можно быть в курсе всех событий группы, всегда можно первым узнать, что интересного происходит в их жизни. И уж если мы будем писать о ком-то, то постараемся никого не опускать. А о тех, кто нам активно не нравится, уж лучше не будем писать вообще".

    Ага, понятно. Видимо, нам придется вас научить нашей любимой игре "прославь и дай под зад". Это очень старая политика NME, основывающаяся на двух простых постулатах: 1) это им за то, что у них, музыкантов, намного больше денег, чем у нас, 2) это просто, блин, ужасно смешно!

    "Мы об этом как-то не думали, - смеется Ира. - Но это классная мысль! Я думаю, это естественный ход вещей: сначала ты прославляешь неизвестного музыканта, а потом, когда он зарывается, даешь ему под зад".

    Ну, в таком случае, наша миссия в России выполнена. Теперь только нужно убедиться в том, что наши русские друзья будут поддерживать старые добрые традиции NME – глушить кокаин плохого качества и совращать начинающих музыкантов.

    "Думаю, в России кокаин не так популярен, как у вас, - говорит Ира. - Во всяком случае, принимать наркотики - это не по-рок-н-ролльному. Рок-н-ролл в России - это пиво. Современные рок- звезды выглядят куда красивее и чувствуют себя куда здоровее, чем те, что были популярны десять лет назад".

    Ну, это они сейчас так говорят - потому что только начинают издавать наш журнал. Но дайте им пол годика, и вмёсто автомата с минеральной водой они поставят у себя в редакции автомат для разлива Jack Daniel's, а мышиные коврики на всех редакционных столах заменят на зеркальные - сами знаете для каких целей. Кстати, Ира, я очен лублю те кошка.

    "Что это значит?"

    "Ну, это значит "я очень люблю твою кошку". Разве что-то неправильно?"
    Она смеется. "Ой, не надо так говорить! Это значит, что ты любишь мою кошку очень страстно! Так не говорят".

    М-да.

    Итак, что же мы узнали о России за несколько дней, проведенных в Москве? Мы узнали, что в России потрясающая музыка, которая только- только вступила в этап полового созревания, что NME в своем стремлении завоевать мир уже переплюнул Гитлера и Наполеона и что русского можно как следует разозлить, если сказать ему, что ты мечтаешь о половом сношении с его домашним животным. Прислушайтесь повнимательнее, товарищи: их балалайки еще дадут о себе знать.

    На русских CD-плейерах:

    VOCMAYA MARTA: Три прокуренных, истатуированных, порочных, грудь нараспашку, ска-панковых бой-бабы, которые, судя по названию (придуманному по аналогии с названием Международного женского дня), не имеют ничего общего с Nashville Pussy. (Западный аналог: Hole)

    OKEAN ELZI: Герои русского рока и звезды с обложки русского NME. Раньше они были русскими (украинскими) Stereophoniсs, но для записи своего третьего альбома пригласили клавишника и стали русским (украинским) Radiohead. Ну или чем-то вроде того. (Западный аналог: The Seahorses, Space)

    VOPLI VIDOPLIASSOVA: Они похожи на людей из 80-х, но на обложке альбома нарядились в римских императоров. Играют так, что при прослушивании можно двинуться умом, а их музыка - электропоп с пронзительными криками. (Западный аналог: Джулиан Коуп)

    Марк Бомон
    New Musical Express – Russia
    Нашли ошибку? Сообщите нам об этом - выделите ошибочный, по Вашему мнению, фрагмент текста, нажмите Ctrl+Enter, в появившееся окно впишите комментарий и нажмите “Отправить”.
    Просмотров: 2987